И повернулся, как бы собираясь уйти. Он чувствовал, что она колеблется, думает, как быть; ему казалось, он сам направляет ее мысли.

— Я бы могла…

Стоя одной ногой на верхней ступеньке, он обернулся.

— Могли бы что?

— Вы и вправду старый друг семьи?

Ей очень хотелось поверить ему.

— Конечно. Но мне нечем это подтвердить.

— Видите ли, я только что собиралась приготовить что-нибудь к обеду для себя и малыша. Могла бы приготовить и на вашу долю.

Он укоризненно поглядел на нее, и она покраснела.

— А вы бесстрашная девушка. Уверен, вас уже не раз предостерегали от разговоров с незнакомыми мужчинами, которые звонят в дверь.

Девушка растерялась. Ей и вправду твердили это не раз.

— Все дело в том, что если вы и вправду друг миссис Арчер, она бы, наверное, была рада, если бы я пригласила вас в дом.

Видно, ей скучно и одиноко. Всем девушкам-иностранкам, приезжающим изучать иностранный язык, одиноко и скучно, ибо им приходится за стол и квартиру выполнять всю работу по дому. Такова их участь.

— Так можно попасть в беду.

Девушка невольно улыбнулась.

— Надеюсь, со мной этого не случится.

— А что если я украду столовое серебро или начну приставать к вам с самыми постыдными намерениями?

Странно, но такая возможность не вызвала у нее никакого беспокойства. Скорее, она приняла его слова за шутку и совсем успокоилась. Даже хихикнула с видом заговорщицы.

— Только попробуйте. Я закричу, и на помощь мне сбежится весь город. Здесь в Вудбридже все знают всё и обо всех. Секретов нет ни от кого.

Она отступила назад и широко распахнула желтую дверь.

Он слегка помедлил — ровно столько, чтобы его нерешительность была замечена, — и пожал плечами. Затем со словами: «Ну, что ж, отлично» он переступил порог и последовал за ней. На лице у него было такое выражение, словно он с большой неохотой, наконец, уступил уговорам. Девушка закрыла входную дверь. Он посмотрел ей в лицо сверху вниз: